14 января 2011

Дело № 1-2/2011

ПРИГОВОР

и м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

город Заволжск

Ивановской области 14 января 2011 года

Заволжский районный суд Ивановской области в составе председательствующего судьи Груздева В.В.,

при секретаре Бариновой Е.П.,

с участием:

государственного обвинителя - прокурора Заволжского района Ивановской области Астафьева Р.Г.,

потерпевшего П.А.В.,

обвиняемого П.В.А.,

защитника – адвоката Заволжского филиала Ивановской областной коллегии адвокатов Шкилева А.А., представившего удостоверение № 314 от 23 октября 2003 года и ордер № 030490 от 10 декабря 2010 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства материалы уголовного дела в отношении П.В.А., судимости не имеющего,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

П.В.А. совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено П.В.А. при следующих обстоятельствах.

16 октября 2010 года в вечернее время, точное время следствием не установлено, П.И.В. и П.В.А., будучи в состоянии алкогольного опьянения, находились по месту жительства, то есть в доме № <*> по улице <*> города Заволжска Ивановской области. В указанное время между П.В.А и П.И.В. в комнате указанного выше дома произошла ссора, возникшая на почве личных неприязненных отношений. В ходе ссоры у П.В.А. возник умысел, направленный на лишение П.И.В. жизни. Во исполнение своего преступного умысла, П.В.А. на почве личной неприязни умышленно, с целью убийства взял в указанной выше комнате лежащий на столе нож и нанес данным ножом П.И.В. не менее одного удара в область груди.

Своими умышленными преступными действиями П.В.А. причинил потерпевшему П.И.В. следующие телесные повреждения: колото-резаную рану передней поверхности груди слева на уровне 6 ребра по окологрудинной линии, проникающую в левую плевральную и перикардиальную полость с повреждением сердца, хряща шестого ребра слева. Данное повреждение по признаку опасности для жизни расценивается как тяжкий вред здоровью и находится в прямой причинно-следственной связи со смертью пострадавшего.

От полученного телесного повреждения П.И.В. скончался на месте происшествия через непродолжительный период времени.

Причиной смерти П.И.В. явилась проникающая колото-резаная рана груди с повреждением сердца, сопровождавшаяся острой кровопотерей со сдавливанием сердца излившейся кровью.

Подсудимый П.В.А., признав вину в совершенном им преступлении в полном объеме, показал суду, что с 1985 года он проживал в доме № <*> по улице <*> города Заволжска Ивановской области вместе с супругой П.Т.А., на протяжении девяти лет вследствие имеющейся инвалидности лишенной возможности передвигаться, а также с сыновьями П.И.В. и П.А.В.

Отношения с П.Т.А., не смотря на имевшее место в 2007 году фиктивное расторжение брака, были хорошие: продолжая совместное проживание, он помогал супруге по хозяйству, осуществлял за ней уход. Возникавшие на почве употребления им спиртных напитков ссоры, заканчивались примирением, неприязненных отношений между ним и П.Т.А. не имелось.

Утром 16 октября 2010 года он поехал со своей матерью П.Е.Н. в город Кинешма для приобретения ему предметов зимней одежды. Купив в Кинешме брюки, ботинки и перчатки, он возвратился на автобусе в город Заволжск, где приобретя в магазине одну бутылку красного вина емкостью 0,7 л, колбасы и сарделек, пришел к себе домой по вышеуказанному адресу. Придя домой и затопив печь, он в присутствии жены за столом в большой комнате стал употреблять приобретенное им спиртное.

Выпив красное вино, он приобрел 0,5 л самогона, принес его домой и, поставив на стол в большой комнате, стал употреблять спиртное.

Во время распития самогона вечером домой пришел его сын П.И.В., находившийся в состоянии опьянения, который принес с собой спиртное, поставил его на стол в большой комнате, а купленный им (П.В.А.) алкоголь забрал и унес в свою комнату.

После этого, в течение 10 минут он дважды просил у сына вернуть спиртное, однако последний его просьбы игнорировал. Не получив от сына самогона, он присел на диван в большой комнате, а в это время П.И.В. подошел к нему и попытался ударить кулаком в лицо. Увернувшись от первого удара сына, он закрыл лицо руками, однако П.И.В. снова ударил его и попал ему кулаком вскользь по лбу и в правую руку. После полученного удара, результатом которого явились ссадина на лбу и синяк на руке, он подбежал к столу, находящемуся в большой комнате на расстоянии 1,5-2 м от дивана, на котором он сидел. Подбежав к столу, он увидел, что П.И.В., ухмыляясь со сжатыми кулаками, стоит у дивана, однако, попыток его ударить сын более не предпринимал. Опасаясь того, что П.И.В. может продолжить наносить ему побои, в связи с тем, что за две недели до случившегося был избит последним, он взял со стола в левую руку кухонный нож, имеющий общую длину около 20 см, лезвие серебристого цвета и коричневую рукоятку, которым ранее резал колбасу, переложил его в правую руку, сделал шаг в сторону сына и нанес ему один удар спереди в грудь в область сердца. После полученного удара ножом П.И.В. стал клониться на диван, а он, увидев у последнего на груди кровь, впал в шоковое состояние, одев куртку, вышел из дома на улицу, сел за огородом. А увидев через некоторое время подъехавших сотрудников милиции, пошел сдаваться.

До событий, связанных с убийством сына, он нигде не падал и никаких травм не получал.

В связи с имеющимися противоречиями в судебном заседании в порядке подп. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были оглашены показания П.В.А., данные им в ходе допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого при производстве предварительного расследования уголовного дела.

Так, 17 октября 2010 года при допросе в качестве подозреваемого в присутствии защитника (л.д. 124-126) П.В.А., подтвердив сведения, сообщенные в принесенной им явке с повинной, показал, что по адресу: Ивановская область, город Заволжск, улица <*>, дом <*> он проживает совместно с бывшей женой П.Т.А. и двумя сыновьями: П.И.В. и П.А.В. 16 октября 2010 года около 12 часов 20 минут он (П.В.А.), находясь в трезвом состоянии, приехал в Заволжск из города Кинешмы. Приобретя в магазине в районе «Литера» города Заволжска палку полукопченой колбасы, 1 кг сосисок и бутылку красного вина емкостью 0,7 л, он пошел домой на улицу <*> города Заволжска. В доме находилась его жена П.Т.А. Затопив печь, он стал в большой комнате один употреблять спиртные напитки. Во время распития спиртного ссор с женой и сыном у него не было. В вечернее время пришел его сын П.И.В., стал отбирать у него спиртное, говорил: «Хватит пить!». Его (П.В.А.) это разозлило, он взял со стола нож, длиной около 20 см, с деревянной рукояткой коричневого цвета, металлическим клинком серебристого цвета, и нанес им один удар в область груди. От данного удара из груди сына потекла кровь. После этого у него был шок и он ничего, в том числе в какую руку взял нож и куда его выкинул, не помнит. Уйдя после случившегося из дома, он пришел в себя в кустах, после чего пошел обратно в дом, где находились сотрудники милиции, которые его задержали. В тот момент он был одет в свитер серого цвета, брюки черного цвета. По какой причине он ударил ножом П.И.В. не знает.

При допросе 18 октября 2010 года в качестве обвиняемого в присутствии защитника (л.д. 128-130) П.В.А. не только полностью подтвердил сведения, сообщенные им в явке с повинной и при допросе в качестве подозреваемого, но и показал, что 16 октября 2010 года в вечернее время в ходе ссоры, находясь в состоянии алкогольного опьянения, он взял в правую руку нож и ударил им сына – П.И.В. один раз. Из-за чего ударил сына ножом не знает.

В ходе проверки показаний на месте 18 октября 2010 года (л.д. 131-138) П.В.А. перед началом данного следственного действия сообщил сведения, аналогичные его показаниям, данным 17 октября 2010 года при допросе в качестве подозреваемого, однако в дальнейшем указал на то, что в большой комнате дома № <*> по улице <*> города Заволжска употреблял спиртные напитки. Вечером пришел сын и стал отбирать у него спиртное, говорил «Хватит пить». После этого между ними произошла ссора, в ходе которой Иван хотел его ударить в лицо, но он (П.В.А.) выставил руки и П.И.В. нанес ему удар рукой в область плеча правой руки. Его (П.В.А.) это разозлило, он взял со стола нож и нанес им один удар в грудь. При этом П.В.А. установил манекен человека в положение «стоя», после чего взял со стола в правую руку макет ножа и нанес удар данным ножом в область груди манекена человека. После этого удара П.И.В. прилег на диван и стал храпеть. Воспроизводя данные действия, П.В.А. положил манекен человека на диван, ориентировав его ногами в сторону оконного проема и головой в сторону входной двери в комнату.

При допросе 25 ноября 2010 года в качестве обвиняемого в присутствии защитника (л.д. 146-148) П.В.А., подтвердив сведения, сообщенные им при написании явки с повинной, а также при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, показал, что 16 октября 2010 года в вечернее время в ходе ссоры, находясь в состоянии алкогольного опьянения, он взял в правую руку нож и ударил им один раз сына П.И.В. Сына ножом ударил из-за того, что перед этим П.И.В. ударил его рукой в область правой руки.

После оглашения показаний, данных в ходе производства предварительного расследования, а также протокола проверки показаний на месте, подсудимый подтвердил ранее сообщенные им сведения в части поездки утром 16 октября 2010 года в город Кинешма, возвращения после этого по месту своего с женой и сыновьями жительства - в дом № <*> по улице <*> города Заволжска Ивановской области, распития спиртных напитков в большой комнате дома, в котором он проживал, факт нанесения П.И.В. вечером 16 октября 2010 года одного удара ножом в переднюю поверхность груди слева.

Вместе с тем подсудимый пояснил, что при написании явки с повинной, а также при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого соответственно 17 и 18 октября 2010 года вследствие нахождения в шоковом состоянии им не называлось в качестве причины нанесения П.И.В. ножевого ранения того, что непосредственно перед этим сын ударил его по лицу и руке.

Причину указания при проверке показаний на месте 18 октября 2010 года, а также при допросе в качестве обвиняемого 25 ноября 2010 года лишь на нанесенный сыном удар в правую руку, предшествовавший ножевому ранению П.И.В., и умолчание о нанесенном сыном ударе ему (П.В.А.) по лицу, подсудимый объяснить не смог.

Вина П.В.А. в совершении преступления нашла полное подтверждение совокупностью относимых и допустимых доказательств, исследованных в ходе судебного заседания: показаниями потерпевшего, свидетелей, эксперта, материалами дела.

Потерпевший П.А.В., являющийся сыном подсудимого, на основании ст. 51 Конституции РФ от дачи показаний в судебном заседании отказался, в связи с чем в порядке ч. 4 ст. 281 УПК РФ были оглашены его показания, данные 09 ноября 2010 года в ходе производства предварительного расследования (л.д. 95-97).

Так, на предварительном следствии потерпевший П.А.В. показал, что до 16 октября 2010 года он проживал в доме № <*> по улице <*> города Заволжска с матерью П.Т.А., являющейся инвалидом первой группы и не передвигающейся девять лет, а также с отцом П.В.А. и младшим братом П.И.В. С 2001 года, после того как П.Т.А. сломала кости бедра, П.В.А. ухаживал за ней, мыл ее, готовил, стирал. Однако, все это время злоупотреблял спиртным, вследствие чего в семье происходили ссоры. П.В.А. был дважды судим, первый раз по ч. 1 ст. 111 УК РФ, второй раз – в 2006 году по ч. 2 ст. 117 УК РФ.

П.И.В. ранее работал в газоспасательной станции, но весной 2010 года уволился и зарегистрировался в центре занятости населения. С весны П.И.В. стал злоупотреблять спиртными напитками, но отношения между отцом и П.И.В. были нормальные. Бывали случаи, когда П.И.В. ударит отца, чтобы тот не пил, поскольку если последний выпивал, то очень много и сильно.

В сентябре 2010 года он (П.А.В.) уехал на заработки в город Москва. Дома остались мать, отец и брат. Мать неоднократно звонила ему и говорила, что все хорошо. 16 октября 2010 года около 20 часов ему позвонила мать и сообщила, что П.В.А. зарезал П.И.В. Он (П.А.В.) сразу собрал вещи и приехал в город Заволжск. По приезду в город Заволжск от матери ему стало известно о том, что в вечернее время П.В.А. выпивал в комнате один. В это время к нему подошел П.И.В., сказал отцу, что хватит пить и взял со стола бутылку со спиртным. Отца это взбесило, он взял со стола нож и ударил П.И.В. этим ножом в область груди, после чего П.И.В. упал на диван и захрипел. Через несколько минут хрипы прекратились. П.В.А. после этого оделся и вышел из дома, после чего мать вызвала работников скорой медицинской помощи и сотрудников милиции. Также ему известно, что ранее отец хватался за ножи, за что получил судимость.

После оглашения в судебном заседании показаний, данных в ходе производства предварительного расследования, потерпевший П.А.В., согласившись ответить на вопросы участников процесса, показал, что за две недели до убийства П.И.В. избил его (П.А.В.), однако факт нанесения в указанное время побоев П.В.А. П.И.В. он не помнит. Отношения между П.В.А. и П.И.В. были нормальные, случавшиеся между ними драки, после которого достигалось примирение, носили обоюдный характер. Отношения между П.А.В. и П.Т.А. также были нормальными, случавшиеся на почве употребления П.В.А. спиртного ссоры, заканчивались примирением.

Свидетель П.Е.Н. показала суду, что утром 16 октября 2010 года она со своим сыном П.В.А. поехала в город Кинешма, где приобрела последнему брюки, ботинки и перчатки, а также дала ему денежные средства в размере 1000 рублей. Примерно в 12 часов П.В.А. уехал в город Заволжск, а она - по месту своего жительства в поселок Заречный Заволжского района. О том, что П.В.А. убил П.И.В. ей стало известно после похорон последнего со слов внука.

Из оглашенных в связи с имеющимися противоречиями в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля П.Е.Н., данных ею 09 ноября 2010 года в ходе производства предварительного расследования (л.д. 111-113), следует, что примерно в 1986 году П.В.А. женился на П.Т.А., от совместного брака с которой у них родились в 1986 году П.А.В., а в 1987 году П.И.В. Они стали проживать в доме № <*> по улице <*> города Заволжска. С этого момента П.В.А. стал злоупотреблять спиртным. Отношения между П.В.А. и сыновьями были нормальные, но случались и драки на почве употребления спиртных напитков. Примерно с 2005 года П.В.А. стал ухаживать за П.Т.А., поскольку она являясь инвалидом первой группы не могла передвигаться. П.В.А. постоянно ходил в магазин за продуктами питания, за водой и готовил еду.

Утром 16 октября 2010 года она вместе с П.В.А. ездила в город Кинешма. В обеденное время П.В.А. поехал домой, а она к себе домой. Вечером ей позвонила П.Т.А. и сказала, что П.В.А. выпивал в комнате. В это время к нему подошел П.И.В., сказал отцу, что хватит пить, взял со стола бутылку со спиртным. П.В.А. это взбесило, он взял со стола нож и ударил им П.И.В. в область груди, после чего П.И.В. упал на диван, захрипел и умер. П.В.А. после этого оделся и вышел из дома.

Указанные показания свидетель П.Е.Н. подтвердила, однако пояснила, что с П.Т.А. по телефону в день убийства П.И.В. разговаривал ее (П.Е.Н.) муж.

Оценивая указанные показания, суд находит более достоверными сведения, сообщенные свидетелем в ходе предварительного расследования, поскольку допрос П.Е.Н. производился через незначительный промежуток времени после описанных ею событий. Принимая во внимание преклонный возраст П.Е.Н., суд находит, что к моменту ее допроса в судебном заседании в связи с прошествием значительного количества времени она могла забыть некоторые обстоятельства, о которых давала показания на стадии предварительного расследования.

Свидетель Щ.Т.П. показала суду, что вечером 16 октября 2010 года она с младшей дочерью находилась в бане, расположенной в огороде рядом с принадлежащим ей домом. Приблизительно в 20 часов ей на сотовый телефон позвонила П.Т.А., которая кричав в трубку, просила о помощи. На ее вопрос о том, что случилось, П.Т.А. ответила, что П.В.А. порезал П.И.В. Немедленно одевшись и дойдя до своего дома, она попросила находившегося там Ф.А.В. сходить к П-вым. После ухода Ф.А.В., она домыла дочь, оставила ее дома и примерно через 15 минут пришла по месту жительства П-вых, где находились сотрудники милиции и откуда отъезжала машина скорой медицинской помощи. Вышедший из дома Ф.А.В. сообщил ей, что П.И.В. лежит на диване в комнате, а медицинскими работниками была зафиксирована его смерть. В дом П-вых она не заходила, однако позвонила их старшему сыну – П.А.В., находившемуся на работе в городе Москва, сообщила о случившемся, а затем, связавшись по телефону с К.А.Е., рассказала ему о том, что П.В.А. зарезал П.И.В., просила, чтобы он до приезда П.А.В. находился с П.Т.А.

На следующий день после случившегося от П.Т.А. ей стало известно о том, что П.В.А. и П.И.В. вечером ужинали в комнате. После ужина П.И.В. сказал отцу: «Хватит пить» и стал вытирать стол, с которого взял бутылку с самогоном, который употреблял П.В.А. Последний сразу же схватил со стола нож и нанес им один удар сыну в область груди. П.И.В. захрипел и упал на диван, через некоторое время хрипы прекратились. После этого П.В.А. оделся и ушел из дома, а П.Т.А. вызвала сотрудников скорой медицинской помощи и милиции.

Свидетель Ф.А.В. показал суду, что 16 октября 2010 года он находился в доме Щ.Т.П., которая в это время с младшей дочерью мылась в бане. Прибежав около 21 часа из бани, Щ.Т.П. велела ему одеваться и идти к П-вым, сообщив, что из телефонного разговора с П.Т.А. ей стало известно о том, что П.В.А. убил П.И.В. Одевшись, он побежал к П-вым и, зайдя в их дом, увидел лежащего на диване в большой комнате без признаков жизни П.И.В., на футболке которого в области груди была видна кровь. На полу рядом с диваном лежал нож с деревянной коричневой ручкой и лезвием светлого цвета. Через две минуты после его прихода в дом П-вых приехали сотрудники скорой медицинской помощи, которых он провел в комнату. Осмотрев П.И.В., медики констатировали его смерть.

После сделанных сотрудниками скорой медицинской помощи уколов, П.Т.А. рассказала ему, что в этот день П.В.А. ездил в город Кинешма за зимними вещами. Возвратившись домой, он употребил 0,7 л портвейна. Выпив указанное спиртное, П.В.А. попросил у П.Т.А. денег для того, чтобы вернуть долги и ушел из дома. Вернувшись с 1 л самогона, П.В.А. прошел к расположенному в большой комнате столу, поставил на него спиртное и принес с кухни закуску. Через некоторое время домой пришел П.И.В., выпил с отцом одну стопку самогона, а затем сказав отцу: «Хватить пить!», лег на диван смотреть телевизор. Через некоторое время П.И.В., взяв бутылку самогона, который употреблял П.В.А., хотел стереть со стола. П.В.А. взял лежащий на столе нож, которым до этого резали колбасу, и ударил им П.И.В. в грудь. П.И.В. схватился рукой за грудь, отошел к дивану, упал на него, захрипел. П.Т.А. стала звать П.И.В., но тот не отзывался и она поняла, что П.В.А. его убил. После этого П.В.А. с ножом подошел к ней, сказал, что сейчас убьет и ее. П.Т.А. стала просить П.В.А. не делать этого, а последний отбросил нож, оделся и вышел из дома. Со слов П.Т.А. ему известно, что ранее П.В.А. хватался за нож, когда находился в состоянии опьянения.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Ф.А.В., данных им при производстве предварительного расследования (л.д. 105-107), следует, что 16 октября 2010 года он находился у Щ.Т.П., проживающей в доме № <*> по улице <*> города Заволжска, где помогал ей по хозяйству.

В доме № <*> по улице <*> города Заволжска проживала П.Т.А. с двумя детьми: П.И.В. и П.А.В., а также бывшим мужем П.В.А., который не работал, злоупотреблял спиртными напитками. Когда был трезвый, то ходил за водой, готовил еду для семьи. Отношения между П.В.А. и П.И.В. были нормальные.

Около 20 часов Щ.Т.П. пошла в баню, а он остался дома. Примерно через 20 минут прибежав из бани Щ.Т.П. сказала, что ей позвонила П.Т.А. и сообщила, что П.В.А. убил П.И.В. Примерно через 10 минут он пришел в дом П-вых. Зайдя в комнату, он увидел лежащего на диване П.И.В., на футболке которого была кровь, возле ноги находился кухонный нож. П.И.В. не подавал признаков жизни. П.Т.А. сообщила ему, что в вечернее время П.В.А. выпивал в комнате. В это время к нему подошел П.И.В. и сказав отцу «Хватит пить!», взял со стола бутылку со спиртным. П.В.А. это взбесило, он взял со стола нож и ударил П.И.В. этим ножом в область груди, после чего П.И.В. упал на диван и захрипел. Через несколько минут хрипы прекратились. П.В.А. после этого оделся и вышел из дома. П.Т.А. вызвала работников скорой медицинской помощи и милиции. Через несколько минут приехали сотрудники скорой помощи, которые констатировали смерть П.И.В. Также он неоднократно видел, что когда П.В.А. находился в состоянии алкогольного опьянения, то часто хватался за ножи.

Подтвердив указанные показания в части обстоятельств причинения смерти П.И.В., свидетель Ф.А.В. указал на то, что сам он того обстоятельства, чтобы П.В.А. хватался за ножи не видел, узнал об этом от П.Т.А., а данные на следствии показания в судебном заседании им дополнены в связи с тем, что в дальнейшем со слов П.Т.А. ему стали известны подробности произошедшего.

Оценивая показания свидетеля Ф.А.В., суд находит, что данные им в судебном заседании показания, касающиеся существенных обстоятельств дела, не находятся в противоречии с сообщенными им в ходе предварительного расследования сведениями. Дополняя в судебном заседании данные на предварительном следствии показания, свидетель Ф.А.В. указал причины таких дополнений.

Свидетель С.Т.В. показала суду, что около 20 часов 16 октября 2010 года ей позвонила П.Т.А., просила зайти к ней, сказав, что у нее случилось несчастье – П.В.А. зарезал П.И.В. Со слов П.Т.А. ей стало известно о том, что П.В.А. в указанный день со своей матерью ездил в город Кинешма для приобретения одежды. Возвратившись домой около 14 часов, П.В.А. принес с собой одну бутылку красного вина, выпив которое, ушел за самогоном, а вернувшись, стал употреблять принесенный самогон в большой комнате дома. Пришедший вскоре из бани П.И.В. сделал П.В.А. замечание, сказал: «Хватит пить!» и, взяв со стола бутылку со спиртным, начал вытирать его тряпкой. П.В.А. взял находившийся на столе в большой комнате нож и нанес им П.И.В. удар в область груди. От удара П.И.В. прилег на диван и захрапел, через некоторое время храп прекратился. После этого П.В.А. оделся и, взяв бутылку со спиртным, вышел из дома.

После телефонного разговора с П.Т.А. она пришла к дому последней, но не была туда допущена сотрудниками милиции. Когда ей удалось пройти в дом, она увидела П.И.В., лежащего без признаков жизни на диване в большой комнате, на футболке которого в области сердца имелась кровь.

Свидетель К.А.Е. показал суду, что 16 октября 2010 года с П.И.В. и Д.Р.А. он ходил в городскую баню, где все вместе употребили три литра алкогольного коктейля. После бани они пошли к Д-ну Р., где вшестером, в том числе и П.И.В., употребили один литр самогона. Около 15 часов после распития спиртного он ушел домой, а П.И.В. еще оставался у Д-на Р.

Примерно в 20 часов 40 минут ему позвонила Щ.Т.П. и, сообщив о том, что П.И.В. зарезал отец, просила прийти к П-вым. Придя к дому П-вых, расположенному в городе Заволжске на улице <*>, дом <*>, он увидел сотрудников милиции. Зайдя через некоторое время в дом, он увидел лежащего на диване в большой комнате П.И.В., на груди которого имелась кровь.

В тот же день со слов П.Т.А. ему стало известно о том, что П.В.А. употреблял спиртное за столом в большой комнате. Желая убрать со стола, П.И.В. взял находившуюся на последнем бутылку со спиртным. После этого, П.В.А. схватил со стола нож и ударил им П.И.В. в грудь. П.И.В. после удара упал на диван и, не подавая признаков жизни, захрапел. После этого П.В.А., предварительно одевшись, вышел из дома.

Свидетель П.Т.А. показала суду, что она проживала с П.В.А., брак с которым был расторгнут 07 марта 2007 года, и двумя сыновьями П.А.В. и П.И.В. в доме № <*> по улице <*> города Заволжска Ивановской области. С П.В.А. у них случались заканчивавшиеся примирением ссоры на почве употребления последним спиртного, однако до момента убийства сына неприязнь к подсудимому отсутствовала. До указанного времени П.В.А. ухаживал за ней, мыл, готовил еду. С сыном П.И.В. у П.В.А. были нормальные отношения, но случались и обоюдные драки на почве употребления подсудимым спиртного, после которых между ними достигалось примирение.

Утром 16 октября 2010 года П.В.А. вместе с матерью уехал в город Кинешму для приобретения одежды. Возвратившись домой приблизительно в 12 часов 15 минут, П.В.А. привез колбасы, сарделек, две пачки сигарет для П.И.В. и две пачки сигарет для себя, бутылку красного вина емкостью 0,7 л. Приехав из Кинешмы, П.В.А. за столом в большой комнате стал употреблять привезенное им спиртное. Когда алкоголь закончился, П.В.А. ушел из дома для того, чтобы отдать долги за ранее приобретенный самогон. В это время из бани пришел П.И.В., а через 15 минут после этого вернулся П.В.А., принесший с собой один литр самогона, который стал распивать за столом в большой комнате. П.И.В. с П.В.А. употребил одну стопку самогона, после чего стал смотреть телевизор, а П.В.А. продолжал распивать спиртное. В это время между П.И.В. и П.В.А. началась словесная перепалка, в ходе которой сын укорял отца за то, что он не работает и не помогает семье, злоупотребляет спиртным. Около 20 часов собравшись ложиться спать, П.И.В. сказал П.В.А.: «Хватить пить!», а затем взял находившуюся на столе бутылку с самогоном, который употреблял П.В.А., и хотел стереть со стола. Приподнявшись со стула, П.В.А. взял лежавший на столе в большой комнате нож, которым до этого резали колбасу, и ударил им П.И.В. в левую половину груди, отскочив после этого к телевизору. Схватившись рукой за грудь, П.И.В. лег на диван и захрапел, через две минуты храп прекратился и она поняла, что сын умер. Посмотрев на сына, П.В.А. подбежал к ней с ножом, грозя убить и ее. После ее слов о том, что П.В.А. необходимо спрятаться, он взял бутылку с самогоном, открыл ее, выпил из горла, снял камуфлированную хлопчатобумажную куртку, в которой находился во время убийства, и, одев черное полупальто, ушел из дома. После ухода П.В.А. она вызвала сотрудников скорой медицинской помощи и милиции, а затем позвонила Щ.Т.П. и С.Т.В.

В день убийства П.И.В. не бил П.В.А. и не угрожал ему.

Ведя образ жизни, связанный с систематическим употреблением спиртного, П.В.А. неоднократно падал и получал различные повреждения. Так, за неделю до убийства сына, возвращаясь от родителей из села Заречный, П.В.А. упал. П.И.В. со слов Д.Р.А. нашел П.В.А. и привез от него сумку. Через некоторое время после этого пришел и сам П.В.А., у которого были ссадины на лице, на повреждения руки он жалоб не высказывал. За две недели до убийства П.В.А., находившийся в состоянии опьянения, был избит К.А.Е.

Свидетель Д.Р.А. показал суду, что приблизительно 10 октября 2010 года он видел, как П.В.А. лежал в канаве, где находились трава и деревья. Об увиденном он рассказал П.Т.А.

16 октября 2010 года он совместно с П.И.В. и К.А.Е. ходили в баню, где употребляли алкогольный коктейль. После бани зашли к Д-ну Р., у которого также употребляли спиртное. Когда он ушел от Д-на Р., то П.И.В. еще оставался у последнего.

17 октября 2010 года от П.Т.А. ему стало известно о том, что 16 октября 2010 года П.В.А. убил П.И.В. ножом.

Из протокола явки с повинной П.В.А. от 17 октября 2010 года (л.д. 117) следует, что 16 октября 2010 года в вечернее время по месту своего жительства в доме № <*> по улице <*> города Заволжска он нанес П.И.В. один удар ножом в область груди в связи с тем, что разозлился, так как сын стал отбирать у него спиртное, говоря «Хватит пить!». По какой причине он ударил П.И.В. ножом не знает.

У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности сведений, содержащихся в явке с повинной П.В.А., поскольку последние были подтверждены последним, в частности при его допросах 17 и 18 октября 2010 года в присутствии защитника.

Из протокола осмотра места происшествия от 16 октября 2010 года (л.д. 5-13) следует, что в ходе осмотра деревянного одноэтажного двухкомнатного дома № <*> по улице <*> города Заволжска Ивановской области на диване в большой комнате, расположенном вдоль правой стены, обнаружен лежащий на спине труп П.И.В., руки которого немного согнуты в локтях, находятся на теле, правая нога прямая расположена на диване, левая согнута в коленном суставе - на полу, голова немного повернута в сторону левого плеча, глаза и рот закрыты. На трупе надеты футболка топленого цвета, трико, носки, трусы черного цвета. На футболке имеются надписи на английском языке в области груди «Махiмuм 12 уеаr», с левой стороны в области груди имеются разрывы ткани с ровными краями. В области груди на футболке имеются пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь. Данная футболка изъята с места происшествия. Трупное окоченение и трупные пятна отсутствуют. В области груди с левой стороны обнаружена колото-резаная рана, из которой вытекает кровь. Других телесных повреждений не обнаружено. Возле левой ноги на полу обнаружен нож с деревянной рукояткой коричневого цвета с двумя металлическими клепками и металлическим клинком белого цвета, на котором имеется надпись на английском языке «TRAMONTINA» и пятна вещества бурого цвета, похожего на кровь. Данный нож изъят с места происшествия. Из коридора изъята камуфлированная куртка. Вдоль стены большой комнаты находится стол, на котором стоят две стопки, стакан с водой, зажигалка, деревянная доска.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа № 53/664 от 18 октября 2010 года (л.д. 46-54) и судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № 5281 от 19 октября 2010 года (л.д. 49-54) следует, что в ходе судебно-медицинской экспертизы трупа П.И.В. обнаружено прижизненное телесное повреждение - колото-резаная рана передней поверхности груди слева на уровне 6 ребра по окологрудинной линии, проникающая в левую плевральную и перикардиальную полость, с повреждением сердца, хряща 6 ребра слева. Раневой канал имеет направление спереди назад, длиной с учетом толщины пересеченных тканей 9,5 см.

Повреждение образовалось в результате однократного воздействия в соответствующую область груди плоского колюще-режущего предмета, что подтверждается линейной формой, острым и П-образным концами, ровными сопоставимыми краями раны, острыми ребрами, ровными стенками, клиновидной формой одного раневого канала, преобладанием длины раневого канала над длиной раны.

Темно-красный цвет и блеск кровоизлияний в мягких тканях, отсутствие отека, наличие повреждения сердца, объем крови излившейся в полости тела, признаки быстро наступившей смерти, указывают на то, что повреждение образовалось за несколько десятков минут до смерти пострадавшего.

Данное повреждение по признаку опасности для жизни, расценивается как тяжкий вред здоровью, и находится в прямой причинно-следственной связи со смертью пострадавшего.

Каких-либо посмертных повреждений при судебно-медицинской экспертизе трупа не обнаружено.

Отсутствие повреждений центральной нервной системы и опорно-двигательного аппарата не исключает возможности совершения пострадавшим самостоятельных действий после причинения ему телесного повреждения.

Во время причинения данного телесного повреждения поза пострадавшего могла быть различной.

Причиной смерти П.И.В. явилась проникающая колото-резаная рана груди с повреждением сердца, сопровождавшаяся острой кровопотерей со сдавливанием сердца излившейся кровью.

Принимая во внимание выраженность трупных явлений на момент экспертизы (полное охлаждение трупа, неизменяемый цвет трупных пятен, выраженное трупное окоченение по всем исследуемым группам мышц, тусклые роговицы, подсыхание переходной каймы губ, зеленоватый цвет кожи на животе), можно полагать, что вероятная давность смерти П.И.В. находится в пределах 1-3 суток на момент экспертизы трупа 18 октября 2010 года в 13 часов 00 минут.

При судебно-химической экспертизе крови и мочи из трупа П.И.В. этиловый спирт обнаружен в количестве 3.50 и 4.30 промилле соответственно. Подобная концентрация этилового спирта в крови живых лиц, обычно соответствует сильной степени алкогольного опьянения.

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № 666 от 11 ноября 2010 года (л.д. 61-66) кровь П.И.В. относится к АВ группе. Кровь П.В.А. относится к Ва группе.

На представленных на исследование ноже, футболке П.И.В., изъятых в ходе осмотра места происшествия 16 октября 2010 года, и брюках П.В.А., изъятых в ходе производства выемки от 17 октября 2010 года (л.д. 21-24), обнаружена кровь человека, относящаяся к АВ группе, что не исключает ее возможного происхождения от П.И.В., имеющего АВ группу крови. П.В.А. кровь в исследованных участках пятен на вещественных доказательствах принадлежать не может, ввиду иной групповой принадлежности его крови.

При определении половой принадлежности крови установлено, что кровь в пятнах объектов №№ 3,4,6 на футболке П.И.В. является кровью мужского генетического пола. В остальных пятнах на футболке, в пятнах на ноже и брюках П.В.А. установить половую принадлежность крови не представилось возможным, ввиду отсутствия в приготовленных препаратах лейкоцитарных ядер, пригодных для исследования.

На камуфлированной куртке, изъятой в ходе осмотра места происшествия 16 октября 2010 года, и свитере П.В.А., изъятом в ходе производства выемки от 17 октября 2010 года, представленных на исследование, кровь не обнаружена.

Согласно заключения медико-криминалистической судебной экспертизы № 229 от 20 ноября 2010 года (л.д. 72-75) повреждения на футболке и рана на кожном лоскуте с передней поверхности груди слева от трупа П.И.В. являются колото-резаными и образовались в результате одного воздействия (удара) какого-либо плоского колюще-режущего орудия, каким мог быть клинок ножа, имеющий обушок и лезвие с двухсторонней заточкой. Возможность причинения раны на кожном лоскуте и соответствующего ей повреждения на футболке П.И.В. от воздействия клинка кухонного ножа, представленного на экспертизу, не исключается.

Указанные выше экспертные заключения суд находит обоснованными, поскольку содержащиеся в них выводы, основанные на научных изысканиях, согласуются с иными, исследованными судом доказательствами, а лица, производившие исследования, имеют специальные познания в соответствующих областях.

Из протокола осмотра предметов от 23 ноября 2010 года (л.д. 89-92), следует, что:

изъятые в ходе осмотра места происшествия 16 октября 2010 года (л.д. 5-13): нож, имеющий клинок из металла серебристого цвета, с надписью на иностранном языке на одной из сторон клинка, с деревянной ручкой темно-коричневого цвета с двумя металлическими заклепками, общей длиной 20,4 см, длиной клинка по обушку 11 см, шириной клинка у основания – 1,7 см, в средней части – 1,6 см, имеющий на обеих сторонах клинка пятна буро-красного цвета неправильной формы с четкими контурами размером от точечных до 1,7х6,5 см; футболка с трупа П.И.В., камуфлированная куртка;

изъятые в ходе производства выемки 17 октября 2010 года (л.д. 21-24): свитер серого цвета и брюки черного цвета П.В.А.,

образец крови подозреваемого П.А.В., полученный 18 октября 2010 года (л.д. 26) и кровь из трупа П.И.В., полученная в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы трупа, были осмотрены и на основании постановления от 23 ноября 2010 года (л.д. 93) приобщены к материалам дела и обозрены в судебном заседании в качестве вещественных доказательств.

При осмотре в судебном заседании в качестве вещественного доказательства ножа, изъятого 16 октября 2010 года в доме № <*> по улице <*> города Заволжска Ивановской области в ходе осмотра места происшествия и представлявшегося для проведения судебной медико-криминалистической экспертизы, подсудимый не исключал, что именно указанным предметом он нанес удар П.И.В. в левую половину груди.

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы П.В.А. № 385 от 19 октября 2010 года (л.д. 38-39) у подсудимого имелись кровоподтек на правом плече и ссадины на лице. Эти телесные повреждения имеют давность 3-5 суток на момент осмотра и относятся к категории повреждений, не причинивших вреда здоровью. Давность повреждений подтверждается синюшным цветом кровоподтека, плотной, бурой, возвышающейся над уровнем кожи корочкой ссадин. Ссадины на лице образовались в результате двух травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов) с неровной (имеющей мелкие выступающие части) контактирующей поверхностью. Кровоподтек образовался в результате одного травматического воздействия тупого твердого предмета. Учитывая локализацию, характер, взаиморасположение и давность образования перечисленных телесных повреждений, не исключается возможность их образования в результате однократного падения из вертикального положения на горизонтальную поверхность.

Допрошенный в судебном заседании в порядке ст. 282 УПК РФ эксперт Кача Е.В. показала суду, что при проведении экспертизы телесных повреждений П.В.А. об обстоятельствах их получения ничего не пояснил. Получение повреждений в виде ссадин на лице, аналогичным повреждениям П.В.А., указанным в заключении эксперта, от удара кулаком, в том числе и при наличии на руке кольца, маловероятно. Возможность одновременного образования указанных телесных повреждений, которые могли явиться следствием падения на горизонтальную поверхность, не исключается.

Свидетель К.Т.С., допрошенная в судебном заседании по ходатайству подсудимого, испытывавшая к П.И.В. неприязненные отношения, показала суду, что за две недели до убийства она видела П.В.А., который ей рассказал о том, что П.И.В. его бьет.

Свидетель К.В.В., допрошенный в судебном заседании по ходатайству подсудимого, показал суду, что приблизительно год назад он просил П.В.А. помочь погрузить на трактор разобранную деревянную баню. Однако, П.В.А. ответил, что помочь ему не может в связи с тем, что у него болит бок.

Суд находит, что показания допрошенных в судебном заседании по ходатайству подсудимого свидетелей К.Т.С. и К.В.В. не содержат каких-либо сведений, имеющих отношение к обстоятельствам совершенного П.В.А. преступления.

Указанные доказательства, положенные в основу приговора, Суд считает достаточными для объективного рассмотрения дела и допустимыми, так как они получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ.

Оценивая признательные показания подсудимого, суд находит, что сообщенные им сведения в части даты, времени, места, способа совершения преступления и его последствий подтверждаются всей совокупностью представленных суду доказательств, а именно:

показаниями свидетеля П.Т.А., являвшейся непосредственным очевидцем произошедшего, находившейся вечером 16 октября 2010 года в большой комнате дома № <*> по улице <*> города Заволжска Ивановской области и видевшей в указанное время нанесение подсудимым удара ножом П.И.В. в левую половину груди, от которого наступила смерть последнего;

последовательными и взаимодополняемыми показаниями потерпевшего П.А.В., свидетелей Щ.Т.П., Ф.А.В., С.Т.В., К.А.Е., П.Е.Н., которым со слов П.Т.А. стали известны аналогичные обстоятельства убийства П.И.В.;

результатами осмотра места происшествия, согласно которым труп П.И.В. был обнаружен лежащим на диване в большой комнате дома № <*> по улице <*> города Заволжска Ивановской области, то есть в том месте, на которое подсудимый указывал в своих показаниях, в том числе и при их проверке на месте совершения преступления;

заключением судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств, согласно которой, в частности на ноже и брюках П.В.А. обнаружена кровь человека, происхождение которой от П.И.В. не исключается;

выводами судебно-медицинской и медико-криминалистической экспертиз о механизме образования телесных повреждений у П.И.В., их локализации и сроках давности.

К показаниям подсудимого в той части, что ножевое ранение сыну он нанес по причине того, что во время нахождения его (П.В.А.) на диване в большой комнате П.И.В. ударил его кулаком в лицо и руку, суд относится критически, поскольку данные сведения опровергаются совокупностью следующих доказательств:

показаниями свидетеля П.Т.А. о том, что 16 октября 2010 года П.И.В. не бил подсудимого и не угрожал ему, а удар ножом был нанесен сидевшим до этого за столом П.В.А. после того, как его сын взял со стола бутылку со спиртным;

показаниями свидетелей Щ.Т.П., Ф.А.В., К.А.Е., С.Т.В., П.Е.Н., потерпевшего П.А.В., которым со слов П.Т.А. известно о том, что удар ножом П.В.А. нанес сыну после того, как последний взял находившуюся на столе бутылку со спиртным, которое употреблял подсудимый;

показаниями, данными подсудимым 17 и 18 октября 2010 года при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также содержанием его явки с повинной, из которых следует, что П.В.А. не указывал на неправомерное поведение П.И.В., как на причину удара ножом.

Оценивая содержание явки с повинной, а также показания П.В.А., данные им 17 и 18 октября 2010 года при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, в ходе которых он не называл в качестве причины удара ножом П.И.В. неправомерного поведения со стороны последнего, его показания, данные 18 октября 2010 года при проведении проверки показаний на месте и допросе 25 ноября 2010 года в качестве обвиняемого, в которых он указал на нанесенный сыном удар по руке, как на причину ножевого ранения последнего, а также данные подсудимым в ходе судебного заседания показания о том, что удар ножом сыну он нанес вследствие того, что последний ударил его по лицу и руке, суд находит достоверными показания подсудимого, данные им 17 и 18 октября 2010 года при допросах его в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также сведения, сообщенные им в явке с повинной, поскольку они находят свое подтверждение вышеуказанными показаниями потерпевшего П.А.В., свидетелей П.Т.А., Щ.Т.П., Ф.А.В., С.Т.В., К.А.Е., П.Е.Н.

К доводам подсудимого о том, что в связи с нахождением в шоковом состоянии при написании явки с повинной, а также при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого 17 и 18 октября 2010 года он не указывал на неправомерное поведение сына, как на причину его ножевого ранения, суд относится критически. Так, из содержания протоколов указанных допросов следует, что показания П.В.А. давал в присутствии защитника, жалоб на состояние здоровья не высказывал, замечаний к содержанию протоколов не подавал. Правильность сведений, изложенных в протоколах, удостоверены подписями П.В.А. и его защитника. Данные при допросах 17 и 18 октября 2010 года показания подтверждают сведения, сообщенные П.В.А. при принесении явки с повинной.

Вопреки доводам стороны защиты, у суда не имеется оснований не доверять сведениям, сообщенным свидетелем П.Т.А., поскольку по существу дела ею даны последовательные, непротиворечивые показания, которые как согласуются с показаниями подсудимого, данными при допросах его в качестве подозреваемого и обвиняемого 17 и 18 октября 2010 года, содержанием его явки с повинной, так и подтверждены другими вышеприведенными доказательствами.

Об обстоятельствах совершения преступления П.Т.А. спустя незначительное время после его окончания сообщила свидетелям Щ.Т.П., Ф.А.В., К.А.Е., С.Т.В., П.Е.Н., потерпевшему П.А.В. таким же образом, что и суду.

Судом установлено, что основания для оговора П.В.А. у свидетеля П.Т.А. отсутствуют, поскольку до случившегося неприязненных отношений между ней и подсудимым не имелось, что подтверждается как показаниями П.Т.А. и потерпевшего П.А.В. о том, что подсудимый ухаживал за супругой, а разногласия случались лишь на фоне употребления им спиртного, так и аналогичными показаниями подсудимого.

Изложенное свидетельствует о том, что со стороны П.И.В. 16 октября 2010 года насилие и угрозы в отношении подсудимого отсутствовали.

С учетом установленных судом обстоятельств совершения преступления, показаний свидетеля П.Т.А., являвшейся непосредственным очевидцем произошедшего, показаний эксперта Кача Е.В., проводившего экспертизу тяжести имевшихся у подсудимого телесных повреждений, принимая во внимание образ жизни П.В.А., связанный с систематическим употреблением спиртных напитков, Суд приходит к выводу о том, что указанные в экспертном заключении № 385 от 19 октября 2010 года телесные повреждения П.В.А. не имеют отношения к событиям, связанным с причинением смерти П.И.В.

Таким образом, частичное изменение подсудимым показаний об обстоятельствах произошедшего, указание в качестве причины нанесения удара ножом П.И.В. на неправомерное поведение последнего, выразившееся в нанесении П.В.А. удара по лицу и руке, суд рассматривает в качестве способа защиты, преследующего целью умаление вины в содеянном.

Исследовав доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты, суд находит вину подсудимого П.В.А. доказанной и его действия квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Характер примененного к П.И.В. насилия, нанесение удара ножом, являющимся предметом с большими поражающими свойствами, в область груди, то есть в место расположения жизненно важных органов, а также тяжесть наступивших последствий, свидетельствуют о том, что П.В.А. действовал с умыслом на причинение смерти сыну, скончавшемуся на месте через непродолжительное время.

Об умысле на убийство сына свидетельствует и поведение подсудимого, следующее за совершением преступления. Так, после того, как П.И.В. упал на диван и захрапел, подсудимый подошел к П.Т.А., высказал в ее адрес угрозу убийством, а после ее уговоров ушел из дома.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1155 от 15 ноября 2010 года (л.д. 85-86) П.В.А. в настоящее время хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдает и не страдал ими в момент совершения инкриминируемого ему деяния. У П.В.А. выявляются психические расстройства и расстройства поведения, вызванные употреблением алкоголя с синдромом зависимости (F10.2 по МКБ-10). Данное заключение подтверждается сведениями из прошлой жизни подэкспертного, меддокументации, материалами дела, результатами настоящего обследования о злоупотреблении им алкоголем на протяжении многих лет, появлении у него признаков зависимости от алкоголя в виде повышения переносимости алкоголя, запамятований событий периода алкогольного опьянения, похмельных состояний, появлении у него в связи со злоупотреблением алкоголем вспыльчивости, неуравновешенности. Однако, указанные расстройства психики у П.В.А. не сопровождаются нарушениями памяти, интеллекта, критики, выражены не столь значительно, а поэтому не лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими во время совершения инкриминируемого ему деяния и не лишают такой способности в настоящее время. В применении принудительных мер медицинского характера П.В.А. не нуждается.

Суд, оценивая данное экспертное заключение, находит его обоснованным, поскольку оно дано специалистами, имеющими специальные познания в области психиатрии, и приходит к выводу о том, что преступление совершено П.В.А. во вменяемом состоянии.

Не смотря на то, что преступление совершено П.В.А. в ходе произошедшей между ним и П.И.В. ссоры, судом не установлено, что при совершении убийства П.В.А. находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения. Из показаний подсудимого следует, что он сохранил воспоминания о деталях произошедшего, в том числе о собственных действиях и поведении окружающих. Так, П.В.А. показал, что взял со стола в большой комнате левой рукой нож, переложил его в правую руку, ударил им П.И.В. спереди в левую половину груди, увидел у сына на груди кровь, а также то, как он начал клониться на диван и, одевшись, выбежал из дома. При проведении проверки показаний на месте П.В.А. указал каким образом и в какую часть тела П.И.В. он нанес удар ножом, показав где он взял указанный предмет, а также расположил манекен на диване в большой комнате в той же позе, в которой находился П.И.В. в момент проведения осмотра места происшествия. Из показаний свидетеля П.Т.А. следует, что после нанесения удара сыну ножом П.В.А. подошел к ней, угрожал убийством, затем взял бутылку со спиртным, выпил, переоделся и вышел на улицу. Перечисленные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у П.В.А. каких-либо признаков аффекта.

С учетом установленных судом обстоятельств совершения преступления, показаний, в частности, свидетеля П.Т.А. об отсутствии со стороны П.И.В. каких-либо угроз и насилия в адрес П.В.А., у суда отсутствуют основания для вывода о том, что подсудимый мог действовать в состоянии необходимой обороны, превышения ее пределов либо мнимой обороны.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного П.В.А. преступления и личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказание на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

П.В.А. совершено умышленное преступление, связанное с лишением жизни человека, которое в силу ч. 5 ст. 15 УК РФ относится к категории особо тяжких.

Вместе с тем суд принимает во внимание возраст подсудимого, учитывает, что П.В.А. судимости не имеет (л.д. 161), вину в совершенном им преступлении признал полностью, чистосердечно раскаялся в содеянном, на учете у врача-психиатра не состоит (л.д. 154), по месту регистрации и месту жительства характеризуется удовлетворительно (л.д. 156,158,160): не работает, злоупотребляет спиртными напитками, состоит на учете у врача-нарколога (л.д. 153), 24 июля 2010 года привлекался к административной ответственности по ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ (л.д. 168-169).

В соответствии со ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание П.В.А., суд признает явку с повинной по совершенному им преступлению (л.д. 117), в которой подробно изложены обстоятельства совершенного преступления, а также его активное способствование раскрытию совершенного преступления.

Однако, данные смягчающие наказание обстоятельства, суд не считает исключительными, дающими при назначении наказания основание для применения ст. 64 УК РФ.

Принимая во внимание то, что довод подсудимого о противоправном поведении П.И.В., выразившемся в нанесении последним ему удара в лицо и по руке, не нашел своего подтверждения в судебном заседании, а также учитывая, что в ходе возникшей словесной перепалки П.И.В. высказал подсудимому, не работающему и злоупотребляющему спиртным, лишь претензии по поводу употребления им алкоголя и отсутствия действий по материальной поддержке семьи, при назначении П.В.А. наказания суд не находит оснований для применения смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, в соответствии со ст. 63 УК РФ отягчающих наказание П.В.А., судом не установлено.

Принимая во внимание обстоятельства дела, повышенную степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, Суд считает возможным исправление и перевоспитание П.В.А. лишь в условиях изоляции его от общества. Оснований для применения ст. 73 УК РФ не имеется.

Принимая во внимание совокупность смягчающих наказание обстоятельств, возраст подсудимого, его раскаяние в содеянном, Суд считает возможным не применять к П.В.А. в качестве дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, ограничение свободы.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначенное наказание П.В.А. должен отбывать в исправительной колонии строгого режима, поскольку им совершено преступление, отнесенное уголовным законом к категории особо тяжких, а ранее он не отбывал наказания в виде лишения свободы.

На основании вышеизложенного и, руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОР и л :

П.В.А. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком восемь лет восемь месяцев без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения П.В.А. до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – заключение под стражу с содержанием в учреждении ИЗ 37/2 города Кинешма Ивановской области.

Срок наказания исчислять с 14 января 2011 года. В срок наказания зачесть время содержания под стражей с 17 октября 2010 года по 13 января 2011 года включительно.

Вещественные доказательства: футболку с трупа П.И.В., нож, образцы крови П.В.А. и П.И.В. уничтожить; камуфлированную куртку, свитер, брюки, принадлежащие П.В.А., возвратить ему по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Ивановский областной суд в течение 10 дней со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать в течение 10 дней со дня получения копии приговора о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья: В.В. Груздев

Оригинал документа
Статья 105. Убийство (ФЗ от 27.12.2009 № 377-ФЗ)
Телефоны юристов
Наверх